Пять углов: как самая жуткая трущоба Нью-Йорка выросла на дне высохшего пруда

Ходила легенда, что в самом печально известном доме нью-йоркского квартала Пять углов (Файв-Пойнтс / Five Points) — старой пивоварне, переделанной под жильё, — с 1837 по 1852 год случалось как минимум одно убийство за ночь. Пятнадцать лет подряд. Проверить это невозможно, но сама живучесть слуха говорит о многом: здесь была самая высокая, как поговаривали, доля убийств среди всех трущоб мира.

В середине XIX века Файв-Пойнтс в Нижнем Манхэттене был, пожалуй, самым опасным местом Нью-Йорка. Уличные банды делили кварталы, по улицам гуляли болезни, а нищета и грязь довершали дело. Сегодня по этим же улицам ходят туристы за сувенирами — и ни за что не догадаются, что стоят на месте главной язвы старого города.

Квартал на дне пруда

Всё началось с воды. С XVII века первые поселенцы Нью-Йорка брали питьевую воду из пруда Коллект — он находился примерно там, где сейчас пересекаются Леонард-стрит и Центр-стрит. К началу XIX века вокруг пруда наросли мастерские и производства, которые превратили его в отстойник.

Около 1811 года инженер Пьер Шарль Ланфан — тот самый, что спроектировал Вашингтон, — предложил засыпать пруд и застроить участок. Первыми здесь появились дома для среднего класса. Но проект провалился: дренаж не работал, улицы утонули в грязи и нечистотах, во влажных низинах роились комары. Обеспеченные семьи бежали.

Опустевшие дома достались тем, кому больше некуда было идти, — недавно освобождённым темнокожим американцам и хлынувшим из Ирландии переселенцам. Здания превращали в доходные дома-муравейники. К 1850 году в одной тесной квартире жили в среднем по шесть человек.

Танцы, банды и вражда

Из этой смеси народов родилось нечто неожиданное. Западноафриканские ритмы, наложившиеся на ирландскую джигу, дали начало степу — чечётке. Но та же смесь порождала и вражду, которую подогревали коренные ньюйоркцы, ненавидевшие ирландцев, католиков и вообще всех «понаехавших».

Чтобы защищаться, ирландцы сбивались в уличные банды. Самой известной были «Дохлые кролики», а их главными врагами — «Парни из Бауэри», банда «коренных» под предводительством Уильяма Пула по прозвищу Билл Мясник. Их вражда оказалась настолько знаменитой, что легла в основу фильма Мартина Скорсезе «Банды Нью-Йорка» 2002 года.

«Хуже зверей»

Ближе к концу века в город хлынули итальянцы. Один из них — журналист Адольфо Росси, редактор газеты Il Progreso Italo-Americano, — приехал описывать жизнь земляков. В 1880-х он написал в своей газете:

«Огромное большинство наших соотечественников, из нищего сословия южных провинций, живёт в самом грязном квартале города, называемом Файв-Пойнтс. Это скопище отвратительных, ветхих, чёрных домов, где люди свалены друг на друга хуже зверей. Большие семьи ютятся в одной комнате: мужчины, женщины, собаки, кошки и обезьяны едят и спят вместе в одной каморке без воздуха и света».

Плотность населения и уличная грязь превращали квартал в рассадник болезней. Здесь свирепствовали холера, туберкулёз, малярия и тиф, детская смертность была огромной. Эпидемия холеры 1832 года выкосила Файв-Пойнтс особенно жестоко — а горожане со стороны винили в заразе самих обитателей, будто те навлекли её своим грехом и распутством.

Как квартал стёрли с карты

Требовать снести Файв-Пойнтс начали ещё в 1820-х. В 1829 году местные торговцы просили город расширить улицы — а заодно снести большую часть трущобы. В прошении они не стеснялись в выражениях:

«Место, известное как „Пять углов“, давно печально прославилось… как рассадник, где зачинается и зреет всякий порок; оно заражено самым отчаянным и пропащим людом».

Новый толчок дала книга Джейкоба Рииса «Как живёт другая половина» 1890 года, обнажившая быт квартала. Худшие «логова смерти» снесли, на их месте разбили парк — нынешний Коламбус-парк. Часть кварталов обновляли христианские благотворители: одни из них выкупили ту самую старую пивоварню и устроили в ней миссию.

К началу XX века Файв-Пойнтс практически исчез. Сегодня эти улицы поглотили Чайнатаун и деловой центр Нижнего Манхэттена. Вместо доходных домов и притонов — правительственные здания, сувенирные лавки и дорогие квартиры. От «современного Содома», каким когда-то считали это место, не осталось и следа.